![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
Портреты Бейкер стрит
Feb. 6th, 2016 12:36 amОригинал взят у ![[livejournal.com profile]](https://www.dreamwidth.org/img/external/lj-userinfo.gif)
dolorka в Портреты Бейкер стрит
dolorka в Портреты Бейкер стритЕсли вдруг кто-то не читал - очень рекомендую. Да, я про них про всех уже читала. Но когда они собраны вместе - это так мило, так приятно. Да и некоторых подробностей я не знала.
Оригинал взят уkatalina_forget в Портреты Бейкер стрит
Оригинал взят у
katalina_forget в Портреты Бейкер стритЭтот пост я задумала еще, кажется, стоя в гостиной на Бейкер стрит, и всего лишь полгода собиралась с силами боролась с ленью. Но обещание есть обещание, и я рассчитываю, что хотя бы одному человеку это будет интересно, поэтому вернемся к вот этой фотографии из гостиной на Байкер стрит 221Б.
Кто меня знает - знает, что я упертый баран, поэтому, разумеется, опознав знакомое лицо на стене почета Шерлока Холмса, первое, что я сделала по возвращении домой - открыла "Век криминалистики", чтобы прочитать про него. А потом возник вполне логичный вопрос - кто остальные? Ненавижу незнание в таких важных вопросах!
Разумеется, я отправилась в Гугл и провела свое расследование. До Шерлока Холмса, мне, конечно, далеко, но побуду немножко Джоном - поделюсь с вами в блоге найденными историями.
"I walked slowly round the room, examining the pictures of celebrated criminals with which every wall was adorned."
"The Dying Detective"
1.
Томас Нил Крим (27 мая 1850 — 15 ноября 1892) британский серийный убийца-отравитель. Он также известен как "Отравитель из Ламбета".
Томас Нил Крим родился в 1850м году в Глазго, а вырос недалеко от Квебека, Канада, после того как его семья переехала. Он учился в Университете МакГилл в Монреале и в 1876-м отправился в Лондон, изучать медицину в престижной медшколе St Thomas's Hospital Medical School. Дополнительным стимулом пересечь Атлантику и оказаться в Англии стала его неудачная женитьба на Флоре Брукс, которую он едва не убил, пытаясь сделать аборт. Семья невесты заставила его под дулом пистолета скрепить союз в церкви. По всей видимости, Флора умерла от истощения организма в 1877-м, и позднее в ее смерти был обвинен Крим.
Беглец в 1878-м стал квалифицированным врачом и хирургом в Эдинбурге, однако после этого вернулся в Канаду – и практиковал в Лондоне, Онтарио. В августе 1879-го Кейт Гарднер, женщина, с которой, как утверждается, у Крима был роман, была обнаружена мертвой, беременной и отравленной хлороформом в переулке за офисом Крима. Сам же Томас утверждал, что она забеременела от известного местного бизнесмена, но это не повлияло на суть дела – и медик был обвинен в убийстве и вымогательстве, после чего скрылся.
Крим открыл частную медицинскую практику недалеко от района Красных Фонарей в Чикаго, предлагая нелегальные аборты для проституток. Он попал под подозрение после смерти Мэри Энн Фолкнер в августе 1880-го, женщины, которую он якобы оперировал. Но Криму удалось избежать судебного преследования из-за отсутствия доказательств.
В декабре 1880-го после лечения Крима умерла другая пациентка, мисс Стэк, и впоследствии Крим пытался шантажировать фармацевта, который выписывал ей рецепт. 14-го июля 1881-го Дэниэл Стотт умер от отравления стрихнином в своем доме в Бун Каунти, штат Иллинойс, после того как Крим снабдил его лекарством от эпилепсии. Крим был арестован вместе с женой погибшего Джулией Эбби Стотт, которая приобрела яд у Крима, чтобы отравить своего мужа. Но умная женщина, чтобы избежать тюрьмы, пошла свидетелем по делу – и обвинила во всем Крима. Он был приговорен к пожизненному заключению в тюрьме Джолиет.
В июле 1891-го Крим вышел на свободу, когда губернатор Джозеф В. Файфер смягчил приговор. Как утверждалось, без подкупа властей не обошлось. Воспользовавшись деньгами, доставшимися от отца, он отплыл в Англию, оказавшись в Ливерпуле 1-го октября 1891-го.
Уже 13-го октября 1891-го 19-летняя проститутка Эллен Донуорт согласилась выпить с Кримом. На следующий день она тяжело заболела и умерла 16-го октября от отравления стрихнином. Крим написал следователю по убийствам, что выдаст имя отравителя за вознаграждение в £ 300.000. Также медик написал владельцу "WH Smith", Уильяму Фредерику Дэнверсу Смиту (W. F. D. Smith), обвинив его в убийстве, и потребовал деньги за молчание.
20-го октября Крим встретил 20-летнюю проститутку Матильду Кловер, которая умерла на следующее утро. Ее смерть изначально связали с ее алкоголизмом. 2-го апреля 1892-го, после отпуска в Канаде, Крим вернулся в Лондон, где попытался отравить Лу Харви, которая заподозрила неладное – и сделала вид, что проглотила выданные им таблетки, незаметно выбросив их с моста в Темзу.
11-го апреля убийца познакомился с двумя проститутками, 21-летней Элис Марш и 18-летней Эммой Шривелл. Он предложил им пропустить по бутылочке ирландского "Гиннесса" и оставил их, прежде чем начал действовать стрихнин. Обе женщины умерли.
Истинные мотивы Томаса неизвестны. Предполагается, что он был садистом, которого тешила уже одна только мысль о муках других, даже если он сам не видел их. Однако Крим был жадным до денег; он и единственного мужчину, Даниэла Стотта, отравил в надежде, что его богатая вдова поделиться с Кримом состоянием. Мало того, с самого начала своего криминального пути Крим также шантажировал авторитетных граждан.
Когда Крим встретил полицейского из Нью-Йорка, прибывшего с визитом в Лондон, он необдуманно устроил для представителя закона своеобразный тур по тем местам, где орудовал "Отравитель из Ламбета". Скотланд-Ярд взял Крима под наблюдение, вскоре выяснив о его привычке посещать проституток. 13-го июля 1892-го Крим был обвинен в убийстве Матильды Кловер. Процесс по делу длился с 17 по 21 октября. Он был признан виновным и приговорен к смертной казни.
15-го ноября 1892-го д-р Томас Нил Крим был повеш в тюрьме Ньюгейт. Его палач утверждал, что Крим по дороге на эшафот сказал: "Я Джек…" (англ. 'I am Jack The...'). То есть повешенный фактически объявил себя Джеком-Потрошителем, виновным в серии жестоких убийств проституток. Однако записи показывают, что Крим находился в тюрьме в 1888-м, когда действовал Потрошитель.
2 и 3
Хоули Харви Криппен - тот самый товарищ, которого я узнала.
Этель Ли Нив
Хоули Харви Криппен родился на юге штата Мичиган. Получил медицинское образование, практиковал гомеопатию. Вторым браком был женат на Коре Тёрнер, певице мюзик-холла. В 1900 году Криппены переехали в Лондон, где Кора рассчитывала на артистическую карьеру, но не преуспела. Отношения с женой у Криппена не ладились, ибо она винила его в своих неудачах, и заводила связи на стороне. Американский диплом Криппена был недействителен в Великобритании, и он практиковал как дантист. 31 января 1910 года Криппены принимали у себя друзей, Клару и Пола Мартинелли — артистов театра, где играла Кора. После 1 февраля Кору Криппен никто не видел, не появлялась она и у себя в театре.
Криппен утверждал, что его жена нуждалась в длительном лечении, для чего отправилась в Калифорнию, где и скончалась. В качестве доказательства он предъявлял два письма, но почерк, которым они были написаны, не принадлежал Коре.
Одновременно в дом Криппена переехала его секретарша Этель Ли Нив, и стала открыто пользоваться нарядами и драгоценностями Коры.
Подруга Коры — женщина-борец Кейт Уильямс и Пол Мартинелли обратились в полицию 30 июня 1910 года. Криппен охотно отвечал на вопросы полиции и даже позволил обыскать дом. Он сообщил, что Кора бросила его, но не желая насмешек, он скрыл этот факт. Инспектор, ведущий дело, полагал, что дело закрыто, но когда ему потребовалась подпись Криппена, оказалось, что доктор и его любовница бежали. Позднее выяснилось, что Криппен и Ли Нив уехали в Брюссель, затем перебрались в Антверпен, а оттуда 20 июля отплыли в Канаду на пароходе «Монтроз», выдавая себя за отца и сына Робертсонов (Этель Ли Нив при этом была переодета в мальчика).
13 июля полиция предприняла тщательный обыск дома Криппена, в ходе которого под кирпичным полом угольного подвала были обнаружены некие останки. Их исследованием занялся знаменитый патологоанатом сэр Бернард Спилсбери . Убийца сделал всё, чтобы сделать опознание невозможным: были удалены голова, все кости скелета, внутренности и кожные покровы. Останки мышечной ткани имели высокое содержание скополамина, однако предстояло доказать, что это именно останки Коры Криппен. Удалось обнаружить единственный лоскут кожи со следами операционного шрама и отпечатками узора ткани.
Благодаря радиосвязи, капитан парохода «Монтроз» Генри Джордж Кендалл сообщил Скотланд-Ярду, что Криппен и Ли Нив находятся на борту. Инспектору Дью удалось опередить подозреваемых (он прибыл в Квебек через США на борту одного из быстроходных лайнеров) и благодаря содействию канадской полиции, арестовать Криппена и Ли Нив в Квебеке. Это облегчало задачу Скотланд-Ярда, ибо на территории США Криппена не удалось бы арестовать как американского гражданина, и потребовался бы специальный процесс для его экстрадиции. 31 июля 1910 года Криппен был доставлен в Великобританию.
Процесс длился пять дней, с 18 по 23 октября 1910 года. Главным экспертом выступал Бернард Спилсбери, потративший более пяти недель на исследование останков, найденных в подвале дома на Хиллдроп-Кресчент. Останки не позволяли даже выяснить пола жертвы. Однако операционный шрам и отпечатки ткани на коже указывали на личность Коры Криппен: узор был идентичен имевшемуся на её ночных сорочках, а кроме того, Кора перенесла тяжёлую гинекологическую операцию (по характеру волос, выяснилось, что лоскут кожи происходил с нижней части живота). В ходе процесса, Криппен признался, что уничтожил кости жены в кухонной печи, а внутренности растворил в кислоте. Голову он спрятал в сумке и выбросил в море, когда совершил однодневную поездку во Францию.
23 октября присяжные совещались 27 минут и признали Криппена виновным. В тот же день Этель Ли Нив была освобождена. Криппен не раскаялся в содеянном, но попросил похоронить вместе с ним фотографию Ли Нив и его письма к ней. 23 ноября он был повешен в тюрьме, его могила по традиции не была обозначена и лишена надгробия. В тот же день Этель Ли Нив выехала в США. Родственники Криппена и по сей день добиваются переноса его останков в Мичиган.
С доктором Криппеном все ясно, мне интересно другое - почему Холмс повесил на стену фотографию Этель Ли Нив среди интересных по его мнению преступников? Не считал ли он, что она хитро и успешно избежала наказания, будучи не менее виновной в убийстве, чем Криппен?
И да, скучные адекватные люди немедленно уточнят, что фотографию повесил не Холмс, а музейные работники блаблабла. Но моя версия все равно интереснее.
4. Генри Уэйнрайт. Не знаю, чем Холмса заинтересовало это дело, я вообще еле его нашла на англоязычном сайте.
Уэйнрайт был щеточником, он убил свою любовницу Харриэт Лэйн в сентябре 1874 и захоронил ее тело на своем складе. Когда в следующем году он был объявлен банкротом, Уэйнрайт эксгумировал тело в сентябре 1875 и попытался перезахоронить его с помощью своего брата Томаса и еще одного щеточника Альфреда Стоукса. Стоуксу показались подозрительными свертки, которые ему поручили переносить и он открыл один из них, обнаружив части человеческого тела, о чем немедленно сообщил в полицию. Генри Уэйнрайт был приговорен к смерти и повешен 21 декабря 1875.
5. Лиззи Борден
Вот уж не знаю, как занесло мистера Холмса на американские берега, но что спорить, дело громкоевот только недавно фильм с Кристиной Риччи вышел
Лиззи Борден (19 июля 1860 года — 1 июня 1927 года) — гражданка США, которая стала известной благодаря знаменитому делу об убийстве её отца и мачехи, в котором её обвиняли. Несмотря на большое количество доказательств её вины, она была оправдана. До сих пор её дело вызывает самые различные толкования и споры.
Лиззи Борден родилась в 1860 году в штате Массачусетс. Когда ей исполнилось два года, её мать умерла. Её отец Эндрю очень скоро женился вновь. Лиззи и её сестра Эмма не смогли найти с мачехой общий язык, не любили её, и подозревали, что после смерти отца значительная часть наследства достанется мачехе.
Отец Лиззи был довольно богат, но скуп. Он не сильно тратился на дочерей.
Лиззи Борден росла воспитанной девочкой, ходила в церковь, вязала, шила, ловила рыбу. Повзрослев, она стала учительницей воскресной школы.
Накануне 4 августа 1892 годa сестра Лиззи Эмма уехала в соседний городок навестить знакомых. Сама Лиззи после лёгкого пищевого отравления чувствовала себя плохо. Она поделилась подозрениями с подругой, что кто-то старается отравить их семью и что с отцом вскоре должно случиться что-то ужасное.
В тот же день брат первой жены мистера Бордена, Джон Морс, который гостил у них несколько дней, уехал. В доме осталась служанка, мачеха и Лиззи. Вскоре вернулся отец. Лиззи предложила отцу прилечь на диване в гостиной и подремать до обеда, он так и сделал. Потом служанка ушла отдохнуть и вскоре услышала крик Лиззи. Она прибежала и увидела труп своего хозяина. Лиззи послала её за доктором. Тот вскоре явился и сделал заключение, что мистера Бордена убили топором. Через несколько минут был найден второй труп — мачехи Лиззи. Она была убита таким же способом.
Сначала полиция считала, что к убийству супругов Борденов причастны другие люди, но со временем полицейские укрепились в своем подозрении, что именно Лиззи совершила двойное убийство. Она была арестована.
Газеты всячески обвиняли Лиззи Борден в убийстве. В то же время простое население было хорошего мнения о Лиззи и встало на её защиту. Защищать её в суде взялся адвокат Джордж Робинсон, бывший губернатор штата. Он был знаком с одним из трёх заседавших по делу судей и попросил его не говорить о некоторых деталях, которые свидетельствовали не в пользу Лиззи. Все присяжные были мужчинами. Процесс шёл 10 дней и Лиззи была оправдана.
Однако история Лиззи до сих пор осталась в считалочке:
Lizzie Borden took an ax
And gave her mother forty whacks.
When she saw what she had done,
She gave her father forty-one.
Опять же вопрос - как Лиззи оказалась на одной стене с признанными преступниками, и считал ли Холмс ее виновной в двойном убийстве и достаточно хитрой, чтобы обмануть следствие.
6. Франц Мюллер
Франц Мюллер (1841 - 1864), немецкий портной, совершивший убийство Томаса Бриггса, ставшее первым убийством совершенным в британском поезде. Заранее предупреждаю, что информацию мне пришлось искать на нескольких странных иностранных сайтах, а не в любимой Википедии, так что готовьтесь к очень кривому переводу.
Это дело привлекло внимание общественности из-за усиливавшихся в то время опасений касательно безопасности поездок на железнодорожном транспорте, а так же тем фактом, что детективы Скотланд-Ярда смогли арестовать Мюллера за океаном.
Итак, 9 июля 1864 года банкир из Сити Томас Бриггс, ехал на вечернем поезде от Fenchurch Street до Hackney Wick. Он был жестоко избит и ограблен (преступник забрал его золотые часы и золотые очки), и его тело было выброшено из вагона. Машинист поезда, двигавшегося в противоположном направлении, заметил тело Бриггса между путями. Пострадавшего отвезли в ближайший паб, но он скончался от ран.
Первые улики были обнаружены в купе, в котором ехал Бриггс. Два банкира, севшие на поезд в Hackney Wick обнаружили лужу крови и сообщили об этом охране. На месте была найдена черная бобровая шляпа, предположительно принадлежащая нападавшему.
John Death (милейшая фамилия, правда!), ювелир из Чипсайда, описал немца, который принес на обмен золотую цепочку, принадлежащую Бриггсу.
18 июля таксист по фамилии Мэтьюз сообщил о своих подозрениях касательно ювелирной коробочки с именем John Death, которую Мюллер подарил его дочери, с которой прежде был помолвлен. Мэтьюз также предоставил следователям фотографию Мюллера. Занятно, что все эти данные он сообщил через 9 дней после убийства лишь после того, как за информацию о потенциальном убийце была назначена значительная награда (300 фунтов). Ювелир опознал на фотографии того самого человека, который принес ему цепочку Бриггса, и был выдан ордер на арест Мюллера.
Однако пока следствие копалось со свидетелями и ордером, Мюллер уже сел на пассажирское судно в Нью-Йорк - предполагали, что он совершил еще одно ограбление, чтобы заплатить за билет. 20 июля два детектива Скотланд-Ярда отплыли в Нью-Йорке на более быстром корабле, который должен был достичь Нью-Йорка на 3 недели раньше Мюллера. Как только Мюллер сошел на берег, он был арестован, и при нем были найдены золотые часы и шляпа, принадлежащие Бриггсу. Дипломатические отношения между США и Великобритании в то время были весьма напряженными из-за причастности последней к американской гражданской войне, в связи с чем возникли проблемы с экстрадицией Мюллера. Однако в конечном итоге американский судья дал свое разрешение.
Большинство доказательств обвинения против Мюллера был косвенными, к тому же некоторые считали, что таксист Мэтьюз участвовал в ограблении и сдал сообщника только из-за награды.
Однако непосредственно перед повешеньем Бриггс сознался в преступлении. Публичная казнь Мюллера была одной из последних в Англии.
Убийство Бриггса послужило толчком для введения средств коммуникации между вагонами и бригадой поезда - ведь если бы Бриггс во время нападения мог связаться с машинистом и позвать на помощь, убийство можно было бы предотвратить. Кроме того, купе, в котором убили Бриггса, не было связано с коридором и выйти/зайти в него можно было только со станции во время стоянки. В дальнейшем дизайн поездов был изменен так, чтобы купе соединялись с длинным коридором - именно такие поезда мы теперь видимну не мы, мы на плацкарте ездим.
Самым забавным было то, какое влияние это первое железнодорожного убийство в Англии оказало на моду. Мюллер перешил шляпу, украденную у Бриггса, укоротив высоту - этот дизайн стал популярным и носил название "the Muller Cut-Down" ("Урезанная шляпа Мюллера").
7. Кейт Вебстер
С этой дамой были сложности - Гугл-поиск ее по фотографии со стены Холмса категорически не находил и мне пришлось просматривать почти все картинки известных преступников, которые нашлись у Гугла. По лицу дамы как бы видно, что она затейница. Отложите еду, дорогие читатели.
Убийство Джулии Марты Томас в прессе именовалось также «тайной Барнсов» или «Ричмондским убийством» и было из самых известных преступлений в Англии конца XIX века. Джулия Томас, вдова пятидесяти лет, проживавшая в Ричмонде на юго-западе Лондона, была убита 2 марта 1879 года своей горничной, Кейт Вебстер, тридцатилетней ирландкой, имевшей преступное прошлое. Чтобы избавиться от тела, Вебстер расчленила его, выварила мясо с костей и бросила большую часть останков в Темзу. Ходили слухи (не получившие подтверждения), что она предлагала жир, срезанный с тела убитой, соседям и беспризорным детям. Часть останков Томас были найдены в реке. Голову жертвы нашли только 22 октября 2010 года — череп был обнаружен в ходе строительных работ, выполнявшихся для известного телеведущего Дэвида Аттенборо.
После убийства Кейт Вебстер две недели выдавала себя за Джулию Томас, но была разоблачена и бежала в Ирландию и нашла убежище в доме своего дяди в Килланне. Там 29 марта она была арестована и отправлена в Лондон, где в июле 1879 года предстала перед судом Олд-Бейли. После шестидневного судебного разбирательства была признана виновной и приговорена к смертной казни.
8. Амелия Элизабет Дайер.
Эта дама висит на стене вполне заслужено (ну с точки зрения убийц, конечно). Она считается самой самой массовой детоубийцей в истории.
Тут я настойчиво намекаю чувствительным не читать.
В отличие от многих преступников своего поколения, Дайер формально не была «дитём нищеты». Она была младшей из пяти детей в семье зажиточного сапожника, обучилась чтению и письму и с детства любила литературу и поэзию. Однако её формально счастливое детство было омрачено психическим заболеванием её матери, ставшим следствием перенесённого тифа. Амелия была свидетелем приступов безумия у своей матери и была вынуждена ухаживать за ней, пока та не умерла, будучи уже умалишённой, в 1848 году. Позже исследователи отметят психологическое воздействие, которое эти события оказали на Амелию.
В возрасте 24 лет Амелия вышла замуж за Джорджа Томаса. Джорджу было 59 лет, и оба они солгали о своём возрасте во время заключения брака, чтобы уменьшить разницу в возрасте. Джордж вычел 11 лет из своего возраста, а Амелия прибавила себе 6 лет; многие источники позже принимали этот её возраст как действительный факт, в результате чего возникло много путаницы.
В течение нескольких лет после свадьбы с Джорджем Томасом Амелия обучалась на медсестру. Подобная работа была изнурительной в Викторианскую эпоху, но рассматривалась как респектабельное занятие, а также позволила ей приобрести полезные способности. Установив деловые отношения с акушеркой, Эллен Дейн, Амелия научилась легко зарабатывать деньги — с помощью своего собственного дома, где обеспечивала приют для молодых женщин, которые забеременели вне брака, а затем брала младенцев для временного ухода с целью будущего усыновления их другими людьми или же позволяла им умереть от голода и недоедания. Матери, которые не состояли в браке, в викторианской Англии часто любыми средствами пытались найти какой-то заработок, так как поправка к Закону о бедных 1834 года отменяла всякую финансовую ответственность со стороны отцов внебрачных детей, вынуждая тем самым заботиться об этих детях общество, которое рассматривало родителей-одиночек и внебрачных детей как нечто, заслуживающее только презрения. Всё это привело к появлению практики так называемого бэби-ферминга ( baby farming), в которой бэби-фермеры выступали как своего рода агенты для будущего усыновления или патронажного воспитания, получая за это регулярные платежи или однократный авансовый платёж от матерей младенцев. Было также создано множество контор, которые укрывали таких молодых женщин и заботились о них, пока те не рожали. Матери впоследствии оставляли своих нежелательных детей под присмотром этих так называемых детских медсестёр.
Затруднительное положение вовлечённых в это родителей часто использовалось для получения финансовой выгоды: если ребёнок имел зажиточных родителей, которым просто хотелось сохранить тайну о факте рождения, единовременная выплата могла составлять порядка 80 фунтов. Сумма в 50 фунтов могла быть предметом переговоров, если отец ребёнка хотел замять свою причастность к факту рождения. Тем не менее в большинстве случаев подобные будущие молодые матери, чья «безнравственность» даже исключала возможность их принятия — в то время — в работные дома, были очень бедны. С таких женщин взималось приблизительно по 5 фунтов.
Недобросовестные опекуны часто стремились уморить голодом доверенных им на время детей, чтобы сэкономить деньги на их содержании или даже намеренно ускорить их смерть. Шумных или требующих внимания младенцев могли «успокаивать» легкодоступными алкоголем и/или опиатами. Настой Godfrey’s Cordial — известный в разговорной речи под названием «друг матери» (сироп, содержащий опиум) — был популярным выбором для такого дела, но существовало и несколько других аналогичных препаратов. Многие дети погибали в результате таких сомнительных практик: «Опиум убил гораздо больше младенцев вследствие голода, чем непосредственно вследствие передозировки» - такие дети находились в состоянии постоянного наркотического опьянения и, таким образом, не испытывали голода, и их было трудно накормить. Результатом оказывалась смерть от сильного недоедания, но коронеры чаще всего записывали в качестве причины смерти "слабость от рождения", или "отсутствие грудного молока", или просто "голод". Матери, которые решили вернуть или просто проверить состояние здоровья своих детей, часто могли сталкиваться с трудностями, но некоторые из них были просто слишком напуганы или стыдились сообщить полиции о любом подозрении в преступлении.
Амелия, по-видимому, сразу решила зарабатывать деньги на бэби-ферминге и наряду с предоставлением крова будущим матерям она сообщала в рекламных объявлениях, что готова обеспечить временный уход и последующую организацию усыновления ребёнка в обмен на существенное единовременное пособие и предоставление соответствующей одежды для ребёнка. В своих рекламных объявлениях и на встречах с клиентами она заверяла их, что была респектабельной, замужней женщиной и что сможет обеспечить безопасное и любящее окружение для ребёнка.
В какой-то момент своей «карьеры» в бэби-ферминге Амелия решила отказаться от расходов и неудобств, позволяя детям умирать от безнадзорности и голода; вскоре после получения ребёнка она убивала его, таким образом забирая себе в карман большую часть или всю сумму, полученную для его содержания.
В течение некоторого времени Дайер ускользала от внимания полиции. Она была в конечном счёте поймана в 1879 году — после того, как врач, вызывавшийся в дом Дайер фиксировать акты смерти, заподозрил неладное из-за количества этих вызовов. Тем не менее, вместо осуждения за убийство или причинения смерти по неосторожности она была приговорена к каторжным работам сроком на шесть месяцев за халатность. Это событие якобы почти лишило её рассудка, хотя некоторое выразили сомнение в правильности назначенного ей наказания, которое было слишком мягким по сравнению с теми, что в то время назначали даже за менее серьёзные преступления.
После освобождения она попыталась возобновить свою «карьеру» бэби-фермера. Она несколько раз по своей воле становилась пациентом психиатрических больниц из-за её предполагаемой психической неустойчивости и склонности к суициду; подобное всегда совпадало с периодами, когда для неё было выгодно «исчезнуть». Будучи бывшей медсестрой в психбольнице, Амелия знала, как себя вести, чтобы обеспечить относительно приличное существование в качестве пациента такого заведения. Дайер, кажется, начала злоупотреблять алкоголем и наркотическими препаратами на основе опиума в начале своих убийств; её психическая нестабильность могла быть связана со злоупотреблением этими веществами. В 1890 году Дайер взяла на временное содержание незаконнорождённого ребёнка гувернантки. Вернувшись, чтобы увидеть ребёнка, гувернантка сразу что-то заподозрила и раздела ребёнка, чтобы увидеть, есть ли у того родинка на одном из его бёдер. Её не было, и скандал вкупе с длительными подозрениями со стороны властей привёл к тому, что Дайер или на самом деле сошла с ума, или же симулировала безумие. Она выпила одну за другой две бутылки настойки опиума, совершив тем самым серьёзную попытку самоубийства, но её организм по причине длительного употребления наркотика выработал иммунитет к продуктам на основе опиума, поэтому она выжила.
После этого она вернулась к бэби-фермингу и убийствам. Дайер поняла, что вызывать врачей, чтобы те выдавали свидетельства о смерти, глупо, и начала самостоятельно избавляться от трупов детей. Сомнительная природа и масштабы её деятельности вновь стали предметом нежелательного для неё внимания; она привлекала внимание со стороны полиции и родителей, стремившихся вернуть своих детей. Она и её семья часто переезжали в разные города, чтобы избежать подозрений, восстановить анонимность и начать новое «дело».
В январе 1896 года Эвелина Мармон, известная в местных кругах 25-летняя буфетчица, родила вне брака дочь Дорис в пансионате в Челтнеме. Она начала быстро искать предложения о принятии ребёнка на временное содержание и поместила объявление в разделе «Разное» газеты Bristol Times & Mirror. В нём было написано следующее: «Ищу респектабельную женщину, готовую взять маленького ребёнка». Мармон хотела вернуться к работе и надеялась в конечном итоге вернуть ребёнка себе.
Так совпало, что рядом с её собственным объявлением было напечатано следующее: «Супружеская пара без семьи примет здорового ребёнка; хороший загородный дом с удобствами; 10 фунтов». Мармон ответила некой «миссис Хардинг» и через несколько дней получила ответ от Дайер. Из Оксфорд-роуд в Рединге «миссис Хардинг» писала, что «я была бы рада иметь дорогую маленькую девочку, которую я могла бы воспитывать и называть моей». Она продолжала: «Мы простые, домашние люди, живём в неплохих условиях; я хочу ребёнка не ради денег, но для компании и домашнего уюта… Я и мой муж нежно любим детей. Своего ребёнка у меня нет. Ребёнок со мной будет иметь хороший дом и материнскую любовь».
Эвелина Мармон хотела вносить еженедельную плату за уход за дочерью, что было для неё более доступно, но «миссис Хардинг» настаивала на одноразовой единовременной предоплате. Мармон была в отчаянном положении, поэтому она неохотно согласилась выплатить 10 фунтов, а через неделю «миссис Хардинг» прибыла в Челтнем.
Мармон, по-видимому, была удивлена преклонным возрастом и грубоватым видом Дайер, но та проявила ласковость к Дорис. Эвелина передала ей свою дочь, картонную коробку одежды и 10 фунтов.
Дайер не уехала в Рединг, как она сказала Мармон. Вместо этого она отправилась в дом № 76 по улице Майо-роуд, Уилсден, Лондон, где остановилась её 23-летняя дочь Полли. Там Дайер быстро нашла некоторое количество белой ленты, используемой при шитье, обвила его дважды вокруг шеи ребёнка и завязала в узел. Две женщины якобы обернули тело в салфетки.
На следующий день, в среду, 1 апреля 1896 года, в дом на Майо-роуд был доставлен ещё один ребёнок по имени Гарри Симмонс. По причине отсутствия у Дайер белой обрамляющей ленты в запасе, она была снята с трупа Дорис и использована для удушения 13-месячного мальчика.
2 апреля оба тела были помещены в саквояж — вместе с кирпичами для обеспечения дополнительного веса. Дайер затем направилась в Рединг. В уединённом месте, которое ей было хорошо известно, рядом с плотиной у Кэвершэмского шлюза, она выбросила саквояж через ограждение в Темзу.
Дайер не подозревала о том, что 30 марта 1896 года из Темзы в районе Рединга матросом баржи был извлечён свёрток. В нём находился труп девочки, позже опознанной как Хелен Фрай. Один из немногих детективов, бывших на службе в Редингском бюро Лондона под руководством Джорджа Тевсли, детектив-констебль Андерсон, сделал важное открытие. В дополнение к обнаружению им этикетки на вокзале Темпл Мидс, Бристоль, он также произвёл микроскопический анализ обёрточной бумаги и обнаружил на нём малоразборичвое имя — миссис Томас — и адрес.
Эта находка стала достаточной для начала поиска Дайер полицией, но они всё ещё не могли найти убедительных доказательств непосредственной связи Дайер с совершением тяжкого преступления. Дополнительные доказательства были получены от свидетелей и полиции Бристоля, которые заставили их увеличить бдительность, и Андерсон вместе с сержантом Джеймсом взяли дом Дайер под наблюдение. Следователи предположили, что Дайер может бежать, если заподозрит, что находится под наблюдением. Полицейские решили использовать молодую женщину в качестве приманки, надеясь, что та будет в состоянии устроить встречу с Дайер, чтобы обсудить предоставление ей своих услуг.
Дайер ожидала свою новую клиентку (приманку) для встречи, но вместо этого она обнаружила детективов, ожидающих её на пороге. 3 апреля полиция провела рейд в её доме. Они были поражены зловонием от разложившейся человеческой плоти, хотя ими не было найдено человеческих останков. Имелось, однако, множество других связанных с убийствами доказательств, в том числе белая обрамляющая лента, телеграммы, касающиеся договорённостей о временном усыновлении, ломбардные билеты на детскую одежду, квитанции за размещение рекламы и письма от матерей, спрашивающих о здоровье своих детей.
По подсчётам полиции, за предыдущие несколько месяцев по крайней мере двадцать детей были отданы на временное содержание «миссис Томас», которой, как теперь выяснилось, была Амелия Дайер. Также оказалось, что она собиралась снова переехать. Согласно ряда оценок миссис Дайер могла в течение десятилетий убить более 400 младенцев и детей, что делало её одним из самых массовых убийц в истории, а также самой массовой известной женщиной-убийцей.
Амелия Дайер была арестована 4 апреля и обвинена в убийстве. Её зять Артур Палмер был обвинён в качестве соучастника. В течение апреля было исследовано дно Темзы, в результате чего обнаружилось ещё шесть тел, в том числе Дорис Мармон и Гарри Симмонса — последних жертв Дайер. Каждый ребёнок был задушен белой лентой.
22 мая 1896 года Амелия Дайер на процессе в Олд-Бейли признала себя виновной в одном убийстве — Дорис Мармон. За три недели, проведённых в камере смертников, она исписала пять тетрадей своей «последней, истинной и единственной исповедью». В ночь перед казнью её посетил капеллан и спросил, хочет ли она в чём-нибудь признаться, она подала ему свои тетради, спросив: «Разве этого недостаточно?». В результате курьёза она была вызвана в суд, чтобы выступить в качестве свидетеля на слушании по обвинению в участии в убийствах её дочери Полли, которое было назначено на день, наступающий спустя неделю после казни Дайер. В связи с этим было признано, что Амелия была уже юридически мертва с момента оглашения приговора, поэтому её показания не могут быть представлены. Она была повешена в Ньюгетской тюрьме 10 июня 1896 года . На вопрос на эшафоте, хочет ли она что-нибудь сказать, Дайер ответила только: «Мне нечего сказать».
Как-то так. Надеюсь, вам интересно было интересно узнать истории портретов на Бейкер стрит.
К сожалению, про этих товарищей ничего не нашла. Если кто найдет - буду благодарна.
Кто меня знает - знает, что я упертый баран, поэтому, разумеется, опознав знакомое лицо на стене почета Шерлока Холмса, первое, что я сделала по возвращении домой - открыла "Век криминалистики", чтобы прочитать про него. А потом возник вполне логичный вопрос - кто остальные? Ненавижу незнание в таких важных вопросах!
Разумеется, я отправилась в Гугл и провела свое расследование. До Шерлока Холмса, мне, конечно, далеко, но побуду немножко Джоном - поделюсь с вами в блоге найденными историями.
"I walked slowly round the room, examining the pictures of celebrated criminals with which every wall was adorned."
"The Dying Detective"
1.
Томас Нил Крим (27 мая 1850 — 15 ноября 1892) британский серийный убийца-отравитель. Он также известен как "Отравитель из Ламбета".
Томас Нил Крим родился в 1850м году в Глазго, а вырос недалеко от Квебека, Канада, после того как его семья переехала. Он учился в Университете МакГилл в Монреале и в 1876-м отправился в Лондон, изучать медицину в престижной медшколе St Thomas's Hospital Medical School. Дополнительным стимулом пересечь Атлантику и оказаться в Англии стала его неудачная женитьба на Флоре Брукс, которую он едва не убил, пытаясь сделать аборт. Семья невесты заставила его под дулом пистолета скрепить союз в церкви. По всей видимости, Флора умерла от истощения организма в 1877-м, и позднее в ее смерти был обвинен Крим.
Беглец в 1878-м стал квалифицированным врачом и хирургом в Эдинбурге, однако после этого вернулся в Канаду – и практиковал в Лондоне, Онтарио. В августе 1879-го Кейт Гарднер, женщина, с которой, как утверждается, у Крима был роман, была обнаружена мертвой, беременной и отравленной хлороформом в переулке за офисом Крима. Сам же Томас утверждал, что она забеременела от известного местного бизнесмена, но это не повлияло на суть дела – и медик был обвинен в убийстве и вымогательстве, после чего скрылся.
Крим открыл частную медицинскую практику недалеко от района Красных Фонарей в Чикаго, предлагая нелегальные аборты для проституток. Он попал под подозрение после смерти Мэри Энн Фолкнер в августе 1880-го, женщины, которую он якобы оперировал. Но Криму удалось избежать судебного преследования из-за отсутствия доказательств.
В декабре 1880-го после лечения Крима умерла другая пациентка, мисс Стэк, и впоследствии Крим пытался шантажировать фармацевта, который выписывал ей рецепт. 14-го июля 1881-го Дэниэл Стотт умер от отравления стрихнином в своем доме в Бун Каунти, штат Иллинойс, после того как Крим снабдил его лекарством от эпилепсии. Крим был арестован вместе с женой погибшего Джулией Эбби Стотт, которая приобрела яд у Крима, чтобы отравить своего мужа. Но умная женщина, чтобы избежать тюрьмы, пошла свидетелем по делу – и обвинила во всем Крима. Он был приговорен к пожизненному заключению в тюрьме Джолиет.
В июле 1891-го Крим вышел на свободу, когда губернатор Джозеф В. Файфер смягчил приговор. Как утверждалось, без подкупа властей не обошлось. Воспользовавшись деньгами, доставшимися от отца, он отплыл в Англию, оказавшись в Ливерпуле 1-го октября 1891-го.
Уже 13-го октября 1891-го 19-летняя проститутка Эллен Донуорт согласилась выпить с Кримом. На следующий день она тяжело заболела и умерла 16-го октября от отравления стрихнином. Крим написал следователю по убийствам, что выдаст имя отравителя за вознаграждение в £ 300.000. Также медик написал владельцу "WH Smith", Уильяму Фредерику Дэнверсу Смиту (W. F. D. Smith), обвинив его в убийстве, и потребовал деньги за молчание.
20-го октября Крим встретил 20-летнюю проститутку Матильду Кловер, которая умерла на следующее утро. Ее смерть изначально связали с ее алкоголизмом. 2-го апреля 1892-го, после отпуска в Канаде, Крим вернулся в Лондон, где попытался отравить Лу Харви, которая заподозрила неладное – и сделала вид, что проглотила выданные им таблетки, незаметно выбросив их с моста в Темзу.
11-го апреля убийца познакомился с двумя проститутками, 21-летней Элис Марш и 18-летней Эммой Шривелл. Он предложил им пропустить по бутылочке ирландского "Гиннесса" и оставил их, прежде чем начал действовать стрихнин. Обе женщины умерли.
Истинные мотивы Томаса неизвестны. Предполагается, что он был садистом, которого тешила уже одна только мысль о муках других, даже если он сам не видел их. Однако Крим был жадным до денег; он и единственного мужчину, Даниэла Стотта, отравил в надежде, что его богатая вдова поделиться с Кримом состоянием. Мало того, с самого начала своего криминального пути Крим также шантажировал авторитетных граждан.
Когда Крим встретил полицейского из Нью-Йорка, прибывшего с визитом в Лондон, он необдуманно устроил для представителя закона своеобразный тур по тем местам, где орудовал "Отравитель из Ламбета". Скотланд-Ярд взял Крима под наблюдение, вскоре выяснив о его привычке посещать проституток. 13-го июля 1892-го Крим был обвинен в убийстве Матильды Кловер. Процесс по делу длился с 17 по 21 октября. Он был признан виновным и приговорен к смертной казни.
15-го ноября 1892-го д-р Томас Нил Крим был повеш в тюрьме Ньюгейт. Его палач утверждал, что Крим по дороге на эшафот сказал: "Я Джек…" (англ. 'I am Jack The...'). То есть повешенный фактически объявил себя Джеком-Потрошителем, виновным в серии жестоких убийств проституток. Однако записи показывают, что Крим находился в тюрьме в 1888-м, когда действовал Потрошитель.
2 и 3
Хоули Харви Криппен - тот самый товарищ, которого я узнала.
Этель Ли Нив
Хоули Харви Криппен родился на юге штата Мичиган. Получил медицинское образование, практиковал гомеопатию. Вторым браком был женат на Коре Тёрнер, певице мюзик-холла. В 1900 году Криппены переехали в Лондон, где Кора рассчитывала на артистическую карьеру, но не преуспела. Отношения с женой у Криппена не ладились, ибо она винила его в своих неудачах, и заводила связи на стороне. Американский диплом Криппена был недействителен в Великобритании, и он практиковал как дантист. 31 января 1910 года Криппены принимали у себя друзей, Клару и Пола Мартинелли — артистов театра, где играла Кора. После 1 февраля Кору Криппен никто не видел, не появлялась она и у себя в театре.
Криппен утверждал, что его жена нуждалась в длительном лечении, для чего отправилась в Калифорнию, где и скончалась. В качестве доказательства он предъявлял два письма, но почерк, которым они были написаны, не принадлежал Коре.
Одновременно в дом Криппена переехала его секретарша Этель Ли Нив, и стала открыто пользоваться нарядами и драгоценностями Коры.
Подруга Коры — женщина-борец Кейт Уильямс и Пол Мартинелли обратились в полицию 30 июня 1910 года. Криппен охотно отвечал на вопросы полиции и даже позволил обыскать дом. Он сообщил, что Кора бросила его, но не желая насмешек, он скрыл этот факт. Инспектор, ведущий дело, полагал, что дело закрыто, но когда ему потребовалась подпись Криппена, оказалось, что доктор и его любовница бежали. Позднее выяснилось, что Криппен и Ли Нив уехали в Брюссель, затем перебрались в Антверпен, а оттуда 20 июля отплыли в Канаду на пароходе «Монтроз», выдавая себя за отца и сына Робертсонов (Этель Ли Нив при этом была переодета в мальчика).
13 июля полиция предприняла тщательный обыск дома Криппена, в ходе которого под кирпичным полом угольного подвала были обнаружены некие останки. Их исследованием занялся знаменитый патологоанатом сэр Бернард Спилсбери . Убийца сделал всё, чтобы сделать опознание невозможным: были удалены голова, все кости скелета, внутренности и кожные покровы. Останки мышечной ткани имели высокое содержание скополамина, однако предстояло доказать, что это именно останки Коры Криппен. Удалось обнаружить единственный лоскут кожи со следами операционного шрама и отпечатками узора ткани.
Благодаря радиосвязи, капитан парохода «Монтроз» Генри Джордж Кендалл сообщил Скотланд-Ярду, что Криппен и Ли Нив находятся на борту. Инспектору Дью удалось опередить подозреваемых (он прибыл в Квебек через США на борту одного из быстроходных лайнеров) и благодаря содействию канадской полиции, арестовать Криппена и Ли Нив в Квебеке. Это облегчало задачу Скотланд-Ярда, ибо на территории США Криппена не удалось бы арестовать как американского гражданина, и потребовался бы специальный процесс для его экстрадиции. 31 июля 1910 года Криппен был доставлен в Великобританию.
Процесс длился пять дней, с 18 по 23 октября 1910 года. Главным экспертом выступал Бернард Спилсбери, потративший более пяти недель на исследование останков, найденных в подвале дома на Хиллдроп-Кресчент. Останки не позволяли даже выяснить пола жертвы. Однако операционный шрам и отпечатки ткани на коже указывали на личность Коры Криппен: узор был идентичен имевшемуся на её ночных сорочках, а кроме того, Кора перенесла тяжёлую гинекологическую операцию (по характеру волос, выяснилось, что лоскут кожи происходил с нижней части живота). В ходе процесса, Криппен признался, что уничтожил кости жены в кухонной печи, а внутренности растворил в кислоте. Голову он спрятал в сумке и выбросил в море, когда совершил однодневную поездку во Францию.
23 октября присяжные совещались 27 минут и признали Криппена виновным. В тот же день Этель Ли Нив была освобождена. Криппен не раскаялся в содеянном, но попросил похоронить вместе с ним фотографию Ли Нив и его письма к ней. 23 ноября он был повешен в тюрьме, его могила по традиции не была обозначена и лишена надгробия. В тот же день Этель Ли Нив выехала в США. Родственники Криппена и по сей день добиваются переноса его останков в Мичиган.
С доктором Криппеном все ясно, мне интересно другое - почему Холмс повесил на стену фотографию Этель Ли Нив среди интересных по его мнению преступников? Не считал ли он, что она хитро и успешно избежала наказания, будучи не менее виновной в убийстве, чем Криппен?
И да, скучные адекватные люди немедленно уточнят, что фотографию повесил не Холмс, а музейные работники блаблабла. Но моя версия все равно интереснее.
4. Генри Уэйнрайт. Не знаю, чем Холмса заинтересовало это дело, я вообще еле его нашла на англоязычном сайте.
Уэйнрайт был щеточником, он убил свою любовницу Харриэт Лэйн в сентябре 1874 и захоронил ее тело на своем складе. Когда в следующем году он был объявлен банкротом, Уэйнрайт эксгумировал тело в сентябре 1875 и попытался перезахоронить его с помощью своего брата Томаса и еще одного щеточника Альфреда Стоукса. Стоуксу показались подозрительными свертки, которые ему поручили переносить и он открыл один из них, обнаружив части человеческого тела, о чем немедленно сообщил в полицию. Генри Уэйнрайт был приговорен к смерти и повешен 21 декабря 1875.
5. Лиззи Борден
Вот уж не знаю, как занесло мистера Холмса на американские берега, но что спорить, дело громкое
Лиззи Борден (19 июля 1860 года — 1 июня 1927 года) — гражданка США, которая стала известной благодаря знаменитому делу об убийстве её отца и мачехи, в котором её обвиняли. Несмотря на большое количество доказательств её вины, она была оправдана. До сих пор её дело вызывает самые различные толкования и споры.
Лиззи Борден родилась в 1860 году в штате Массачусетс. Когда ей исполнилось два года, её мать умерла. Её отец Эндрю очень скоро женился вновь. Лиззи и её сестра Эмма не смогли найти с мачехой общий язык, не любили её, и подозревали, что после смерти отца значительная часть наследства достанется мачехе.
Отец Лиззи был довольно богат, но скуп. Он не сильно тратился на дочерей.
Лиззи Борден росла воспитанной девочкой, ходила в церковь, вязала, шила, ловила рыбу. Повзрослев, она стала учительницей воскресной школы.
Накануне 4 августа 1892 годa сестра Лиззи Эмма уехала в соседний городок навестить знакомых. Сама Лиззи после лёгкого пищевого отравления чувствовала себя плохо. Она поделилась подозрениями с подругой, что кто-то старается отравить их семью и что с отцом вскоре должно случиться что-то ужасное.
В тот же день брат первой жены мистера Бордена, Джон Морс, который гостил у них несколько дней, уехал. В доме осталась служанка, мачеха и Лиззи. Вскоре вернулся отец. Лиззи предложила отцу прилечь на диване в гостиной и подремать до обеда, он так и сделал. Потом служанка ушла отдохнуть и вскоре услышала крик Лиззи. Она прибежала и увидела труп своего хозяина. Лиззи послала её за доктором. Тот вскоре явился и сделал заключение, что мистера Бордена убили топором. Через несколько минут был найден второй труп — мачехи Лиззи. Она была убита таким же способом.
Сначала полиция считала, что к убийству супругов Борденов причастны другие люди, но со временем полицейские укрепились в своем подозрении, что именно Лиззи совершила двойное убийство. Она была арестована.
Газеты всячески обвиняли Лиззи Борден в убийстве. В то же время простое население было хорошего мнения о Лиззи и встало на её защиту. Защищать её в суде взялся адвокат Джордж Робинсон, бывший губернатор штата. Он был знаком с одним из трёх заседавших по делу судей и попросил его не говорить о некоторых деталях, которые свидетельствовали не в пользу Лиззи. Все присяжные были мужчинами. Процесс шёл 10 дней и Лиззи была оправдана.
Однако история Лиззи до сих пор осталась в считалочке:
Lizzie Borden took an ax
And gave her mother forty whacks.
When she saw what she had done,
She gave her father forty-one.
Опять же вопрос - как Лиззи оказалась на одной стене с признанными преступниками, и считал ли Холмс ее виновной в двойном убийстве и достаточно хитрой, чтобы обмануть следствие.
6. Франц Мюллер
Франц Мюллер (1841 - 1864), немецкий портной, совершивший убийство Томаса Бриггса, ставшее первым убийством совершенным в британском поезде. Заранее предупреждаю, что информацию мне пришлось искать на нескольких странных иностранных сайтах, а не в любимой Википедии, так что готовьтесь к очень кривому переводу.
Это дело привлекло внимание общественности из-за усиливавшихся в то время опасений касательно безопасности поездок на железнодорожном транспорте, а так же тем фактом, что детективы Скотланд-Ярда смогли арестовать Мюллера за океаном.
Итак, 9 июля 1864 года банкир из Сити Томас Бриггс, ехал на вечернем поезде от Fenchurch Street до Hackney Wick. Он был жестоко избит и ограблен (преступник забрал его золотые часы и золотые очки), и его тело было выброшено из вагона. Машинист поезда, двигавшегося в противоположном направлении, заметил тело Бриггса между путями. Пострадавшего отвезли в ближайший паб, но он скончался от ран.
Первые улики были обнаружены в купе, в котором ехал Бриггс. Два банкира, севшие на поезд в Hackney Wick обнаружили лужу крови и сообщили об этом охране. На месте была найдена черная бобровая шляпа, предположительно принадлежащая нападавшему.
John Death (милейшая фамилия, правда!), ювелир из Чипсайда, описал немца, который принес на обмен золотую цепочку, принадлежащую Бриггсу.
18 июля таксист по фамилии Мэтьюз сообщил о своих подозрениях касательно ювелирной коробочки с именем John Death, которую Мюллер подарил его дочери, с которой прежде был помолвлен. Мэтьюз также предоставил следователям фотографию Мюллера. Занятно, что все эти данные он сообщил через 9 дней после убийства лишь после того, как за информацию о потенциальном убийце была назначена значительная награда (300 фунтов). Ювелир опознал на фотографии того самого человека, который принес ему цепочку Бриггса, и был выдан ордер на арест Мюллера.
Однако пока следствие копалось со свидетелями и ордером, Мюллер уже сел на пассажирское судно в Нью-Йорк - предполагали, что он совершил еще одно ограбление, чтобы заплатить за билет. 20 июля два детектива Скотланд-Ярда отплыли в Нью-Йорке на более быстром корабле, который должен был достичь Нью-Йорка на 3 недели раньше Мюллера. Как только Мюллер сошел на берег, он был арестован, и при нем были найдены золотые часы и шляпа, принадлежащие Бриггсу. Дипломатические отношения между США и Великобритании в то время были весьма напряженными из-за причастности последней к американской гражданской войне, в связи с чем возникли проблемы с экстрадицией Мюллера. Однако в конечном итоге американский судья дал свое разрешение.
Большинство доказательств обвинения против Мюллера был косвенными, к тому же некоторые считали, что таксист Мэтьюз участвовал в ограблении и сдал сообщника только из-за награды.
Однако непосредственно перед повешеньем Бриггс сознался в преступлении. Публичная казнь Мюллера была одной из последних в Англии.
Убийство Бриггса послужило толчком для введения средств коммуникации между вагонами и бригадой поезда - ведь если бы Бриггс во время нападения мог связаться с машинистом и позвать на помощь, убийство можно было бы предотвратить. Кроме того, купе, в котором убили Бриггса, не было связано с коридором и выйти/зайти в него можно было только со станции во время стоянки. В дальнейшем дизайн поездов был изменен так, чтобы купе соединялись с длинным коридором - именно такие поезда мы теперь видим
Самым забавным было то, какое влияние это первое железнодорожного убийство в Англии оказало на моду. Мюллер перешил шляпу, украденную у Бриггса, укоротив высоту - этот дизайн стал популярным и носил название "the Muller Cut-Down" ("Урезанная шляпа Мюллера").
7. Кейт Вебстер
С этой дамой были сложности - Гугл-поиск ее по фотографии со стены Холмса категорически не находил и мне пришлось просматривать почти все картинки известных преступников, которые нашлись у Гугла. По лицу дамы как бы видно, что она затейница. Отложите еду, дорогие читатели.
Убийство Джулии Марты Томас в прессе именовалось также «тайной Барнсов» или «Ричмондским убийством» и было из самых известных преступлений в Англии конца XIX века. Джулия Томас, вдова пятидесяти лет, проживавшая в Ричмонде на юго-западе Лондона, была убита 2 марта 1879 года своей горничной, Кейт Вебстер, тридцатилетней ирландкой, имевшей преступное прошлое. Чтобы избавиться от тела, Вебстер расчленила его, выварила мясо с костей и бросила большую часть останков в Темзу. Ходили слухи (не получившие подтверждения), что она предлагала жир, срезанный с тела убитой, соседям и беспризорным детям. Часть останков Томас были найдены в реке. Голову жертвы нашли только 22 октября 2010 года — череп был обнаружен в ходе строительных работ, выполнявшихся для известного телеведущего Дэвида Аттенборо.
После убийства Кейт Вебстер две недели выдавала себя за Джулию Томас, но была разоблачена и бежала в Ирландию и нашла убежище в доме своего дяди в Килланне. Там 29 марта она была арестована и отправлена в Лондон, где в июле 1879 года предстала перед судом Олд-Бейли. После шестидневного судебного разбирательства была признана виновной и приговорена к смертной казни.
8. Амелия Элизабет Дайер.
Эта дама висит на стене вполне заслужено (ну с точки зрения убийц, конечно). Она считается самой самой массовой детоубийцей в истории.
Тут я настойчиво намекаю чувствительным не читать.
В отличие от многих преступников своего поколения, Дайер формально не была «дитём нищеты». Она была младшей из пяти детей в семье зажиточного сапожника, обучилась чтению и письму и с детства любила литературу и поэзию. Однако её формально счастливое детство было омрачено психическим заболеванием её матери, ставшим следствием перенесённого тифа. Амелия была свидетелем приступов безумия у своей матери и была вынуждена ухаживать за ней, пока та не умерла, будучи уже умалишённой, в 1848 году. Позже исследователи отметят психологическое воздействие, которое эти события оказали на Амелию.
В возрасте 24 лет Амелия вышла замуж за Джорджа Томаса. Джорджу было 59 лет, и оба они солгали о своём возрасте во время заключения брака, чтобы уменьшить разницу в возрасте. Джордж вычел 11 лет из своего возраста, а Амелия прибавила себе 6 лет; многие источники позже принимали этот её возраст как действительный факт, в результате чего возникло много путаницы.
В течение нескольких лет после свадьбы с Джорджем Томасом Амелия обучалась на медсестру. Подобная работа была изнурительной в Викторианскую эпоху, но рассматривалась как респектабельное занятие, а также позволила ей приобрести полезные способности. Установив деловые отношения с акушеркой, Эллен Дейн, Амелия научилась легко зарабатывать деньги — с помощью своего собственного дома, где обеспечивала приют для молодых женщин, которые забеременели вне брака, а затем брала младенцев для временного ухода с целью будущего усыновления их другими людьми или же позволяла им умереть от голода и недоедания. Матери, которые не состояли в браке, в викторианской Англии часто любыми средствами пытались найти какой-то заработок, так как поправка к Закону о бедных 1834 года отменяла всякую финансовую ответственность со стороны отцов внебрачных детей, вынуждая тем самым заботиться об этих детях общество, которое рассматривало родителей-одиночек и внебрачных детей как нечто, заслуживающее только презрения. Всё это привело к появлению практики так называемого бэби-ферминга ( baby farming), в которой бэби-фермеры выступали как своего рода агенты для будущего усыновления или патронажного воспитания, получая за это регулярные платежи или однократный авансовый платёж от матерей младенцев. Было также создано множество контор, которые укрывали таких молодых женщин и заботились о них, пока те не рожали. Матери впоследствии оставляли своих нежелательных детей под присмотром этих так называемых детских медсестёр.
Затруднительное положение вовлечённых в это родителей часто использовалось для получения финансовой выгоды: если ребёнок имел зажиточных родителей, которым просто хотелось сохранить тайну о факте рождения, единовременная выплата могла составлять порядка 80 фунтов. Сумма в 50 фунтов могла быть предметом переговоров, если отец ребёнка хотел замять свою причастность к факту рождения. Тем не менее в большинстве случаев подобные будущие молодые матери, чья «безнравственность» даже исключала возможность их принятия — в то время — в работные дома, были очень бедны. С таких женщин взималось приблизительно по 5 фунтов.
Недобросовестные опекуны часто стремились уморить голодом доверенных им на время детей, чтобы сэкономить деньги на их содержании или даже намеренно ускорить их смерть. Шумных или требующих внимания младенцев могли «успокаивать» легкодоступными алкоголем и/или опиатами. Настой Godfrey’s Cordial — известный в разговорной речи под названием «друг матери» (сироп, содержащий опиум) — был популярным выбором для такого дела, но существовало и несколько других аналогичных препаратов. Многие дети погибали в результате таких сомнительных практик: «Опиум убил гораздо больше младенцев вследствие голода, чем непосредственно вследствие передозировки» - такие дети находились в состоянии постоянного наркотического опьянения и, таким образом, не испытывали голода, и их было трудно накормить. Результатом оказывалась смерть от сильного недоедания, но коронеры чаще всего записывали в качестве причины смерти "слабость от рождения", или "отсутствие грудного молока", или просто "голод". Матери, которые решили вернуть или просто проверить состояние здоровья своих детей, часто могли сталкиваться с трудностями, но некоторые из них были просто слишком напуганы или стыдились сообщить полиции о любом подозрении в преступлении.
Амелия, по-видимому, сразу решила зарабатывать деньги на бэби-ферминге и наряду с предоставлением крова будущим матерям она сообщала в рекламных объявлениях, что готова обеспечить временный уход и последующую организацию усыновления ребёнка в обмен на существенное единовременное пособие и предоставление соответствующей одежды для ребёнка. В своих рекламных объявлениях и на встречах с клиентами она заверяла их, что была респектабельной, замужней женщиной и что сможет обеспечить безопасное и любящее окружение для ребёнка.
В какой-то момент своей «карьеры» в бэби-ферминге Амелия решила отказаться от расходов и неудобств, позволяя детям умирать от безнадзорности и голода; вскоре после получения ребёнка она убивала его, таким образом забирая себе в карман большую часть или всю сумму, полученную для его содержания.
В течение некоторого времени Дайер ускользала от внимания полиции. Она была в конечном счёте поймана в 1879 году — после того, как врач, вызывавшийся в дом Дайер фиксировать акты смерти, заподозрил неладное из-за количества этих вызовов. Тем не менее, вместо осуждения за убийство или причинения смерти по неосторожности она была приговорена к каторжным работам сроком на шесть месяцев за халатность. Это событие якобы почти лишило её рассудка, хотя некоторое выразили сомнение в правильности назначенного ей наказания, которое было слишком мягким по сравнению с теми, что в то время назначали даже за менее серьёзные преступления.
После освобождения она попыталась возобновить свою «карьеру» бэби-фермера. Она несколько раз по своей воле становилась пациентом психиатрических больниц из-за её предполагаемой психической неустойчивости и склонности к суициду; подобное всегда совпадало с периодами, когда для неё было выгодно «исчезнуть». Будучи бывшей медсестрой в психбольнице, Амелия знала, как себя вести, чтобы обеспечить относительно приличное существование в качестве пациента такого заведения. Дайер, кажется, начала злоупотреблять алкоголем и наркотическими препаратами на основе опиума в начале своих убийств; её психическая нестабильность могла быть связана со злоупотреблением этими веществами. В 1890 году Дайер взяла на временное содержание незаконнорождённого ребёнка гувернантки. Вернувшись, чтобы увидеть ребёнка, гувернантка сразу что-то заподозрила и раздела ребёнка, чтобы увидеть, есть ли у того родинка на одном из его бёдер. Её не было, и скандал вкупе с длительными подозрениями со стороны властей привёл к тому, что Дайер или на самом деле сошла с ума, или же симулировала безумие. Она выпила одну за другой две бутылки настойки опиума, совершив тем самым серьёзную попытку самоубийства, но её организм по причине длительного употребления наркотика выработал иммунитет к продуктам на основе опиума, поэтому она выжила.
После этого она вернулась к бэби-фермингу и убийствам. Дайер поняла, что вызывать врачей, чтобы те выдавали свидетельства о смерти, глупо, и начала самостоятельно избавляться от трупов детей. Сомнительная природа и масштабы её деятельности вновь стали предметом нежелательного для неё внимания; она привлекала внимание со стороны полиции и родителей, стремившихся вернуть своих детей. Она и её семья часто переезжали в разные города, чтобы избежать подозрений, восстановить анонимность и начать новое «дело».
В январе 1896 года Эвелина Мармон, известная в местных кругах 25-летняя буфетчица, родила вне брака дочь Дорис в пансионате в Челтнеме. Она начала быстро искать предложения о принятии ребёнка на временное содержание и поместила объявление в разделе «Разное» газеты Bristol Times & Mirror. В нём было написано следующее: «Ищу респектабельную женщину, готовую взять маленького ребёнка». Мармон хотела вернуться к работе и надеялась в конечном итоге вернуть ребёнка себе.
Так совпало, что рядом с её собственным объявлением было напечатано следующее: «Супружеская пара без семьи примет здорового ребёнка; хороший загородный дом с удобствами; 10 фунтов». Мармон ответила некой «миссис Хардинг» и через несколько дней получила ответ от Дайер. Из Оксфорд-роуд в Рединге «миссис Хардинг» писала, что «я была бы рада иметь дорогую маленькую девочку, которую я могла бы воспитывать и называть моей». Она продолжала: «Мы простые, домашние люди, живём в неплохих условиях; я хочу ребёнка не ради денег, но для компании и домашнего уюта… Я и мой муж нежно любим детей. Своего ребёнка у меня нет. Ребёнок со мной будет иметь хороший дом и материнскую любовь».
Эвелина Мармон хотела вносить еженедельную плату за уход за дочерью, что было для неё более доступно, но «миссис Хардинг» настаивала на одноразовой единовременной предоплате. Мармон была в отчаянном положении, поэтому она неохотно согласилась выплатить 10 фунтов, а через неделю «миссис Хардинг» прибыла в Челтнем.
Мармон, по-видимому, была удивлена преклонным возрастом и грубоватым видом Дайер, но та проявила ласковость к Дорис. Эвелина передала ей свою дочь, картонную коробку одежды и 10 фунтов.
Дайер не уехала в Рединг, как она сказала Мармон. Вместо этого она отправилась в дом № 76 по улице Майо-роуд, Уилсден, Лондон, где остановилась её 23-летняя дочь Полли. Там Дайер быстро нашла некоторое количество белой ленты, используемой при шитье, обвила его дважды вокруг шеи ребёнка и завязала в узел. Две женщины якобы обернули тело в салфетки.
На следующий день, в среду, 1 апреля 1896 года, в дом на Майо-роуд был доставлен ещё один ребёнок по имени Гарри Симмонс. По причине отсутствия у Дайер белой обрамляющей ленты в запасе, она была снята с трупа Дорис и использована для удушения 13-месячного мальчика.
2 апреля оба тела были помещены в саквояж — вместе с кирпичами для обеспечения дополнительного веса. Дайер затем направилась в Рединг. В уединённом месте, которое ей было хорошо известно, рядом с плотиной у Кэвершэмского шлюза, она выбросила саквояж через ограждение в Темзу.
Дайер не подозревала о том, что 30 марта 1896 года из Темзы в районе Рединга матросом баржи был извлечён свёрток. В нём находился труп девочки, позже опознанной как Хелен Фрай. Один из немногих детективов, бывших на службе в Редингском бюро Лондона под руководством Джорджа Тевсли, детектив-констебль Андерсон, сделал важное открытие. В дополнение к обнаружению им этикетки на вокзале Темпл Мидс, Бристоль, он также произвёл микроскопический анализ обёрточной бумаги и обнаружил на нём малоразборичвое имя — миссис Томас — и адрес.
Эта находка стала достаточной для начала поиска Дайер полицией, но они всё ещё не могли найти убедительных доказательств непосредственной связи Дайер с совершением тяжкого преступления. Дополнительные доказательства были получены от свидетелей и полиции Бристоля, которые заставили их увеличить бдительность, и Андерсон вместе с сержантом Джеймсом взяли дом Дайер под наблюдение. Следователи предположили, что Дайер может бежать, если заподозрит, что находится под наблюдением. Полицейские решили использовать молодую женщину в качестве приманки, надеясь, что та будет в состоянии устроить встречу с Дайер, чтобы обсудить предоставление ей своих услуг.
Дайер ожидала свою новую клиентку (приманку) для встречи, но вместо этого она обнаружила детективов, ожидающих её на пороге. 3 апреля полиция провела рейд в её доме. Они были поражены зловонием от разложившейся человеческой плоти, хотя ими не было найдено человеческих останков. Имелось, однако, множество других связанных с убийствами доказательств, в том числе белая обрамляющая лента, телеграммы, касающиеся договорённостей о временном усыновлении, ломбардные билеты на детскую одежду, квитанции за размещение рекламы и письма от матерей, спрашивающих о здоровье своих детей.
По подсчётам полиции, за предыдущие несколько месяцев по крайней мере двадцать детей были отданы на временное содержание «миссис Томас», которой, как теперь выяснилось, была Амелия Дайер. Также оказалось, что она собиралась снова переехать. Согласно ряда оценок миссис Дайер могла в течение десятилетий убить более 400 младенцев и детей, что делало её одним из самых массовых убийц в истории, а также самой массовой известной женщиной-убийцей.
Амелия Дайер была арестована 4 апреля и обвинена в убийстве. Её зять Артур Палмер был обвинён в качестве соучастника. В течение апреля было исследовано дно Темзы, в результате чего обнаружилось ещё шесть тел, в том числе Дорис Мармон и Гарри Симмонса — последних жертв Дайер. Каждый ребёнок был задушен белой лентой.
22 мая 1896 года Амелия Дайер на процессе в Олд-Бейли признала себя виновной в одном убийстве — Дорис Мармон. За три недели, проведённых в камере смертников, она исписала пять тетрадей своей «последней, истинной и единственной исповедью». В ночь перед казнью её посетил капеллан и спросил, хочет ли она в чём-нибудь признаться, она подала ему свои тетради, спросив: «Разве этого недостаточно?». В результате курьёза она была вызвана в суд, чтобы выступить в качестве свидетеля на слушании по обвинению в участии в убийствах её дочери Полли, которое было назначено на день, наступающий спустя неделю после казни Дайер. В связи с этим было признано, что Амелия была уже юридически мертва с момента оглашения приговора, поэтому её показания не могут быть представлены. Она была повешена в Ньюгетской тюрьме 10 июня 1896 года . На вопрос на эшафоте, хочет ли она что-нибудь сказать, Дайер ответила только: «Мне нечего сказать».
Как-то так. Надеюсь, вам интересно было интересно узнать истории портретов на Бейкер стрит.
К сожалению, про этих товарищей ничего не нашла. Если кто найдет - буду благодарна.
