kavery | Портрет Хокусавны (Reply)

Среди картин на выставке "Жизнь замечательных собак" запомнилась одна очень необычная работа.

" (Замки Испании) Хокусай" А. Порет

Художник Алиса Ивановна Поре́т (15 (28) апреля 1902, Санкт-Петербург — 15 февраля 1984, Москва) — советская художница, ученица К. С. Петрова-Водкина и П. Н. Филонова. Живописец, график, художник книги. Как раз эта работа имеет отношение к Филонову. Об этом ниже.

Вот так выглядела эту чудесная собака в реальности. На выставке было много ее фото, но я сделал только пару кадров.

А вот история про эту собаку.

Кстати, нашла еще немного подробностей вот тут (из книги Порет А.И. Записки, рисунки, воспоминания. М. : Барбарис, 2012.

"Мой первый муж, Arcade Martin, очень хотел подарить мне собаку. Мы искали, смотрели, ходили на выставки. Однажды, идя из Летнего сада, увидели — я даже вскрикнула — двух белых собак. Одна побольше, другая щенок. Они играли так легко и грациозно, что показались нам издали борзыми. Оказалось, что это доги. Мать и дочь. Все щенки были розданы, а с этой девочкой у хозяев не было сил расстаться. Мы обменялись адресами и условились звонить друг другу. Я уже не смотрела больше ни на одну собаку и хотела только эту, с голубыми глазами.

Вскоре после этой милой встречи А.М. сильно заболел, потом его свезли в больницу, и мы не могли его спасти.

Через три месяца мне позвонил какой-то незнакомый голос и спросил, почему мы не берем собаку, и что деньги на её питание вышли, и что надо решать — «или мы вернём Вам деньги, которые Ваш муж заплатил, или возьмите её срочно — мы уезжаем на дачу».

Я долго отвечала невпопад — за это время у меня всё вылетело из головы. Я совсем забыла про эту девочку. Потом я поняла, что А.М. сделал мне подарок, купил эту дорогую собаку, и заплатил за её завтраки и обеды, и надеялся мне её привезти, когда выздоровеет.

«Я сейчас же приеду», — сказала я, и, взяв с собой верного Кондратьева и наняв извозчика, поехала. Я вспомнила по дороге, что если у нас будет пёс, мы назовем его «Хокусай». Когда мы вошли в дом, мать и дочь с чудовищным лаем бросились на нас, но тут же передумали. А девочка стала ласкаться и лизнула меня в лицо. Она вышла со мной без сопротивления, села рядом на сиденье, смотрела с интересом на прохожих, весело вбежала по лестнице «своего» нового дома, и, попив теплого молока, свернулась калачиком и уснула. Она считала, как невеста, что теперь это её дом навсегда, и даже ни разу не заплакала по материнскому дому. Она не отходила от меня ни на шаг, и мы ужасно влюбились друг в друга. Она сторожила меня и мои вещи, и когда кто-нибудь протягивал руку к моим кистям, или резинке, она так страшно рычала, и показывала свои белые клыки, и так некрасиво морщила нос, что делалась похожей на чудовище.

Я называла ее Хокусай, потом Хокусавной, а потом Кинусей, а потом у неё было ещё много имён, но в аттестате она была зарегистрирована, так как хотел Arcade Martin.

У неё было чувство хорошего тона, врожденное чувство благородства. Она была скромна, послушна, не нарушала никаких правил. Мне говорили, что у неё был маленький бзик в моё отсутствие спать на столе. Но я этого никогда не видела, и поэтому могу этому не верить. Она была настоящий собачий Ангел.

И вот еще про имя (от сюда):

Всë началось с того, что мы дома стали звать Хокусавну КИНУСЕЙ. Хармсу это очень не нравилось – он был просто возмущен. Он с пеной у рта уговаривал дать ей другие имена. Он принëс длинный список на выбор. Мне многие понравились — я не знала, как быть. Тут возникла мысль менять каждые три дня или сколько кличка удержится. Первые дни ее звали — Мордильерка, потом Принцесса Брамбилла, потом Букавка, Холидей и т. д. Она откликалась на все имена. Самое невероятное, что наша домработница, которая не могла выговорить ни моей фамилии, ни слов «пудинг» или «кооператив», почему-то запоминала немедленно все прозвища Кинуси и с укоризной поправляла маму, которая путала и забывала все имена. Хармс просто ликовал и решил, что пора придумать имя посложнее – «БРАНДЕНБУРГСКИЙ КОНЦЕРТ». Были вызваны Хокусай — новое. Собака завиляла хвостом и, как всегда, без споров подчинилась. Паша повторила чисто без запинки два раза — Бранденбургский концерт. «Хорошо Данила Иваныч придумали. Такого, поди, ни у кого не встретишь. Все Шарик, да Пудик, да ещё Жучка, как у нас в деревне». На следующий день был выход под новым именем. Только что они свернули на Фонтанку, как встретили И.И. Соллертинского. Он поздоровался и позвал: «Хокусай, поди сюда». Паша его остановила и гордо сказала: «Сегодня они зовутся БРАНДЕНБУРГСКИЙ КОНЦЕРТ!» «Что??? — остолбенел И.И. — Кто же его так назвал?» «Это нам Данила Иваныч придумывают да Алисе Ивановне на разрешение дают, а как они согласятся, так и называем». И.И. не удержался, поднялся к нам и, захлёбываясь рассказал о встрече.

А это о картине

Рисую свою милую собаку — за спиной Филонов — громовержец кричит на весь класс: тов. Порет, опять Вы за свое — то портрет друга, то знакомых, то собачки. — Неужели нет темы пошире?? Объясните мне, в чем дело???

— Я робко лепечу, что у моей собаки разные глаза — утром совсем светлые, потом ярко голубые, а вечером – фосфоресцируют и кажутся ярко-красными, — и что прежде художники не могли этого себе позволить, и что мне казалось, что Вы не будете протестовать…

— Помолчав, уже другим голосом: Ну ладно, тов. Порет — рисуйте все три глаза: — потом, уже дома я дорисовала своего милого, только что погибшего мужа, Arkadi. Mat. И еще прибавила трех претендентов на престол — П. Соколов и др.

Вот репродукция картины из сети. Она получше качеством, можно рассмотреть подробности. И найти те самые "Испанские замки".